Также юрист рассказал:

  • какая главная задача украинских заключенных в российских тюрьмах, лишь бы не сломаться;
  • когда возможно следующее освобождение крымчан и политзаключенных из тюрем России и временно оккупированного Крыма вследствие обмена;
  • действительно ли письма поддержки уменьшают давление российских силовиков на незаконно заключенных украинцев;
  • какие последние новости от украинского политзаключенного Александра Шумкова, который недавно прекратил голодовку и имел визит ФСБ-шников, и когда и возможен ли в РФ свой "Майдан".

Читать также: Обмен пленными: 76 украинцев, уже на Родине - списки

Алексей, вы гражданин России, журналист и адвокат, который переехал в Украину перед Революцией Достоинства. Во время Майдана работали столичным корреспондентом в "Коммерсанте". Почему сейчас начали заниматься адвокацией политзаключенных и из журналистики перешли в адвокатуру?

Было интересно с разных сторон посмотреть на мир и на себя. А потом понял, что мне уже недостаточно только освещать жизнь других, как журналисту. Хотелось самому помогать людям и становиться ньюсмейкером.


Алексей Барановский / фото: Сергей Терещенко

Почему переехали именно в Украину?

В 2013 году в России стало очень мало свежего воздуха. Журналистика там начала терять актуальность, уступая место пропаганде. Я понял, что надо что-то менять. В Украине были друзья и дальние родственники, захотел посмотреть, как бывает по-другому. Даже Янукович тогда провозглашал вектор на Европу. А потом началась Революция Достоинства, евромайдан - пожалуй самое яркое впечатление за всю мою и журналистскую, и просто человеческую жизнь. Больше не с чем сравнить по драматургии...

Сейчас я уже и российский, и украинский адвокат. Могу работать в обеих странах. Надо отметить, что в Украине другая правовая реальность, чем в России. Здесь бывают оправдательные приговоры, более гуманный уголовно-процессуальный кодекс. Его еще называют кодексом Портнова, но на самом деле его приняли за наработками Венецианской комиссии и других европейских институтов в конце периода Януковича. Адвокатом в Украине значительно интереснее работать, поскольку можно чего-то добиваться в суде, где есть реальная состязательность сторон. Хотя не только суды более правовым образом устроены, но и с точки зрения адвокатской профессии все довольно интересно сделано. В Украине адвокатская профессия, какой я ее вижу, организована не по постсоветским лекалам, а больше с учетом европейского опыта.

У вас есть украинские корни?

Польские. В 1938 году моего прадеда расстреляли во время Польской операции НКВД. А в 1958 году после смерти Сталина реабилитировали... То есть уничтожили человека по абсолютно "левым обвинениям". Я постоянно помню об этой семейной трагедии, и поэтому с большим подозрением отношусь к деятельности российских правоохранительных органов. Особенно если речь идет о политически мотивированных делах. Поэтому моя задача, как адвоката и правозащитника, бороться с такими уголовно-политическими кампаниями, чтобы больше не повторились такие вещи, как Большой террор конца 1930-х. Никогда снова, понимаете?


Алексей Барановский / фото: Сергей Терещенко

Да. При каком условии в России состоится свой Майдан и когда?

Там все иначе. И народ другой, и режим жестче, вплоть до "китайских стандартов". Поэтому не думаю, что там будет некий аналог Майдана. Если что-то и произойдет, то будет скорее похоже на 1991 год. Возможны варианты, если клубок внешнеполитических и внутриэкономических проблем станет неразрешимым, и ситуация выйдет из-под контроля. Но не думаю, что это может произойти скоро. В России большой запас прочности, однако "черные лебеди" всегда прилетают неожиданно.

Почему вы начали заниматься адвокацией украинских политзаключенных - члена партии УНА-УНСО Николая Карпюка и военного ВСУ Александра Шумкова - украинских националистов, против которых сфабриковали уголовные дела в России?

Я еще во времена, когда занимался журналистикой, я начал заниматься и правозащитной деятельностью. Украинцы в России сегодня - одна из наиболее уязвимых групп. Им нужна поддержка и защита. Потому у жителей Москвы, которых судят "за брошенный в полицейского пластиковый стаканчик", есть родственники и поддержка своего города, а родственники заключенных украинцев живут далеко и не имеют возможности навещать часто. А многие вообще не имеют возможности приехать, в том числе из соображений безопасности. Поэтому иностранные заключенные - группа лиц, которая требует дополнительной защиты.

Я работаю Pro bono - бесплатно. Это мое правозащитное служение. Почему стал защищать именно Карпюка и Шумкова? Банально, потому что они находились, а Саша и по сей день, недалеко от Москвы - в логистически доступных местах. Карпюк был во Владимире, Шумков - в Торжке, куда не очень далеко ехать.


Экс-политзаключенный Николай Карпюк при обмене "35 на 35" 7 сентября 2019-го / Фото: Александр Кужельный, "Буквы"

Какие последние новости от Александра Шумкова - незаконно осужденного майдановца, добровольца, украинского военного ВСУ, который продолжает отбывать наказание исключительно за членство в "Правом секторе" - запрещенной в РФ организации?

Это абсурдная статья из всех абсурдных, по которой осужден Шумков. Что им до того, какие организации функционируют в другой стране? Шумков же не в России был "правосеком"... Сначала его приговорили к четырем годам тюрьмы, дальше немного сбросили. Выйти он должен уже в декабре этого года, если "по звонку", без обмена. После возвращения из тюремной больницы к нему наведывались гости из Москвы. В письмах Шумков писал, что приезжали работники ФСБ и предлагали стать засекреченным свидетелем по делу другого украинца Романа Чирки - вроде бы, члена "Правого сектора". У них все, кто не нравятся, могут "стать участником" какой-либо запрещенной организации: политической, религиозной или какой-нибудь. Шумков отказался. Очевидно, на него давили. Но он вовремя сообщил своему адвокату и консулу. Поскольку информация вышла в публичную сферу, попытки привлечения свидетелем не сработали. Он все правильно сделал.

К сожалению, такие ситуации с Шумковым не редкость. То штрафной изолятор, то камера-одиночка, то словесные провокации - попытка тюремщиков оскорбить его по национальному признаку. На мой взгляд, он с честью и достоинством все это выдерживает. Шумков уже разобрался в этих тюремных хитросплетениях: знает, где надо себя жестко поставить, а где - пойти на компромисс. Он жестко держал голодовку, и хотя по его требованию не приехал российский омбудсмен Москалькова, но приехал омбудсмен из Твери. Он прекратил голодать, в том числе под угрозой принудительного кормления.

Российская тюремная система - это наследница ГУЛАГа. Сломать могут почти любого, они просто должны сильно захотеть. Поэтому я ему, как адвокат, подчеркиваю: главная задача - сохранить здоровье и достоинство. А это значит, что не надо слишком "лезть в бутылку" без большой необходимости. Он парень умный, все понимает и поэтому нормально держится.


Пленник Кремля, военный ВСУ Александр Шумков / Фото: Алексей Барановский

Недавно на пресс-конференции относительно Шумкова, на которой представители уполномоченных государственных органов, его тетя Людмила Шумкова сообщила: после голодания к политзаключенному задействовали курс неизвестных уколов и таблеток. Тогда адвокатам не удалось выйти на врача и узнать название. По словам Александра, шприцы распаковывали и наполняли неизвестной жидкостью в соседнем помещении. Тетя предполагала, что это психотропы, поскольку были соответствующие симптомы: мышечные качели, судороги, боль в спине и голове. Удалось ли узнать, какие лекарства давали Шумкову и нынешнее его состояние?

Мне прислали официальный ответ на адвокатский запрос о том, какие таблетки и уколы ему давали. Написанное на бумаге не выглядит страшным или плохим. Там адекватные препараты: успокаивающие, витамины... Проблема в том, что между написанным на бумаге и тем, что происходит в реальности, может быть большая разница. Вызывает тревогу то, что шприцы набирались не у него на глазах, что подчеркивал Шумков. Вместе с тем из его писем и посещения другого адвоката Романа Лызлова и консула можно сделать вывод: якобы, ничего страшного не произошло.

Российские силовики давят и пытают пленных украинцев на этапе следствия, реже - на этапе отбывания наказания. От чего это зависит? Какие особенности отношения российских тюремщиков к украинским заложникам?

Это очень индивидуально. Я до сих пор не вывел формулы, почему к одним относятся нормально, а к другим - нет. Николай Карпюк и Станислав Клих по одному делу проходили, по одному обвинению, но сидели в разных местах: Клих в Челябинской области, а Карпюк - во Владимире. Так вот у Карпюка все было более-менее хорошо пытали его електротоком только на этапе следствия, когда требовали показания о признании. А Клих после обмена вернулся в Украину в ужасном состоянии. Карпюка никто не обижал по национальному признаку, а вот Шумков сейчас периодически жалуется на пренебрежительное к себе отношение. Единственное объяснение - человеческий фактор: в одних местах национальность украинцев вызывает резкое отношение со стороны представителей тюремной власти, а в других - нет.


Экс-пленник Кремля Станислав Клих при обмене "35 на 35" 7 сентября 2019-го / Фото: Общественное

Во Владимире администрация понимала, что Карпюка рано или поздно оттуда заберут. Их интерес был в том, чтобы он досидел до обмена спокойно без травм и лишнего шума, чтобы к ним не было лишних претензий. У Шумкова другая ситуация: ему спокойно сидеть не дают, постоянно проверяя на прочность...

Ваши подзащитные и Карпюк, и Шумков были известными политзаключенными в медийной плоскости. Карпюка обменяли. Почему Шумков не попал в списки обмена и почему на него до сих пор осуществляют систематическое давление?

При обмене военнопленных моряков и политзаключенных "35 на 35" 7 сентября 2019года Украина забрала преимущественно осужденных на огромные сроки людей и заложников с плохим состоянием здоровья. Шумков раньше мне говорил: если встанет вопрос, кого обменивать, то он свое место в обмене отдает Карпюку. Поскольку Карпюку было сидеть 20 лет, а Шумкову на тот момент оставалось около 1,5 года. Это очень благородно и показательно.

Недавно состоялся обмен военнопленных и гражданских с Л/ДНР. Будет ли новый обмен политзаключенных с РФ, пока неизвестно. Надеемся, что будет. И на этот раз Шумков в него попадет.

Действительно ли медийный резонанс и поступление писем поддержки уменьшают давление?

Письма поддержки укрепляют моральную защиту пленника от враждебной тюремной среды. Ибо все заключенные говорят, что письма из свободы - хорошая поддержка. Понимание, что тебя не забыли, за тебя сражаются, дает внутренние силы, чтобы сохранять волю к сопротивлению, а не отчаиваться и бороться за свое освобождение.

На тюремщиков действуют визиты адвокатов, родственников и консулов, потому что каждый приезд адвоката может принести за собой жалобы в прокуратуру или омбудсмену. Как правило, они ни к чему не приводят, но формально проверки происходят. И ситуация после такого с негатива возвращается в ноль. Но ее все время нужно поддерживать в таком состоянии, чтобы не было проседания, и тюремщики не забывали о требовании закона и права человека.


Алексей Барановский / фото: Сергей Терещенко

Другой защитник Шумкова, адвокат Роман Лызлов недавно вообще добился чуда - по его жалобе апелляционный суд Тверской области признал незаконными дисциплинарные наказания и заключение Александра в штрафной изолятор. Теперь ему должно стать немного легче в Торжоцком лагере... Но мы не можем добиться полностью положительного результата самостоятельно, поэтому важна работа и консульских служб. По моим наблюдениям, украинские консулы очень хорошо в РФ работают, посещают почти всех заложников не для галочки, а тщательно присматриваются к ситуации каждого, хорошо разбираются в уголовно-исполнительном законодательстве РФ.

После освобождения медийных политзаключенных в информационном пространстве мало говорится о заложниках Кремля, которые остались в тюрьмах РФ и Крыма. Как снова раскатать волну и сделать пленников медийными, чтобы актуализировать эту тему и добиться обмена? Это нужно как минимум, чтобы не забыли о пленниках, которые остались в тюрьмах после последнего масштабного обмена.

С одной стороны достаточно много делается в этом направлении. Но внимания прессы много никогда не бывает. Как по мне, многое зависит от освобожденных политзаключенных. Действия и заявления Олега Сенцова в публичной плоскости мне нравятся. Он качественно поднимает тему украинских пленников на европейских площадках и общается об этом с влиятельными европейскими политиками.

Важно продолжать давление на международной арене, требуя от России освобождения политзаключенных. Не только, кстати, украинских, в свое время Запад от СССР требовал и освобождение диссидентов - советских граждан... Тот же обмен "35 на 35" состоялся не только из-за договоренности Украины и России, но и потому что определенным образом сложились внешнеполитические обстоятельства, и России было выгодно отдать их. Поэтому чем больше западные лидеры, пресса и общественность будут обеспокоены судьбой украинских политзаключенных в России, тем больше шансов, что в Кремле решат кого-то отпустить ради собственной выгоды.


Алексей Барановский / фото: Сергей Терещенко

Но под лежачий камень вода не течет, поэтому незаконно заключенные украинцы, россияне и крымские татары ждут нашей поддержки уже сейчас. Каждый день. И каждый из нас, не только адвокат или журналист, может присоединиться к их освобождению. Кто письмом, кто репостом, кто перечисленной гривней в фонд поддержки. Главное не оставаться равнодушными к судьбе тех, кому нужна помощь в трудную минуту.

В разгаре - Зимний марафон писем для заключенных Кремля от правозащитной общественной инициативы "Let My People Go". Отправить письма заключенным в тюрьмах РФ и Крыма можно, воспользовавшись полными инструкциями для написания писем и адресами тюрем: https://cutt.ly/fryKxMQ

Если вы решили написать письмо человеку, который находится на оккупированном Донбассе, просьба ставить адрес Центра гражданских свобод: 01024 Киев, Бассейная 9-Г, оф.25. По меньшей мере эти письма получат родные пленных, если никакой возможности передать адресатам не будет.

Читать также: Австралийский апокалипсис: какие выводы должны сделать украинцы